Вручение анциферовской премии за 1998 год.

В петербурге празднуют день города. По невскому проспекту идут духовые оркестры, возглавляемые актером в одеянии петра великого, на дворцовой площади рядом с эрмитажем теперь устраивают разводы специального караула. На малой садовой улице открыли памятник первому русскому городовому.

В хviii веке петербург воспринимался современниками как новопостроенный и достаточно искусственный город, что-то вроде нижневартовска или магнитогорска. В одах державина и эмина петербург воспевался как своеобразная выставка достижений народного хозяйства российской империи. С 1830-х годов взгляд на петербург меняется. Вместе со взглядом на императорскую власть. Русская интеллигенция воспринимает петербург как символ всего искусственного и давящего. Естественным городом становится москва. Петербург воспринимается в виде гигантского паука, вытягивающего все соки из несчастной страны. Так продолжалось до самого начала нашего века. В 1903 году появилась знаменитая статья александра бенуа, в которой впервые высказывалась революционная тогда мысль: петербург красив. В воздухе носилось предчувствие того, что императорской россии, такой, какой она была в зените своего могущества, в конце хviii -- начале хiх века, приходит конец.

В 1917--1918 гг. Происходит переворот, который превращает петроград из столицы в провинциальный город. Заканчивается петербургский период русской истории. Петербург перестает быть столицей, и скопище министерских зданий, казарм занимают провинциальные советские и партийные учреждения. Закрывается порт. Петербургская интеллигенция разъезжается: кто в новую столицу -- москву, кто за границу, кто на юг.

На этом фоне ностальгия по прошлому и блестящему петербургу, по имперской культуре становится сильнее. Предметом идеализации начинают быть уже не только хviii--хiх века, но и весь дореволюционный период. Знаменитая петербургская школа краеведов сформировалась именно в 20-е годы. Ее главой был академик иван гревс, а самым ярким ее представителем николай павлович анциферов, автор знаменитой книги "душа петербурга". В 1929 году петербургское краеведение, как и все краеведческое движение в стране, было разгромлено. Анциферов оказался на соловках. Когда большевики сажали ленинградских краеведов, они следовали своему классовому чутью, и оно их не подвело. В ностальгии по старому городу, конечно, чувствовалась ностальгия по старому порядку.

Идеологическое содержание ленинградского мифа, каким он был в середине 80-х годов, сводилось к следующему: ленинград, петербург -- европейский город в азиатской стране. Его жители принадлежат к особой субкультуре, они гораздо образованнее и изысканнее, чем москвичи. Если ленинград получит широкую автономию или вообще отделится от страны, то вернутся золотые времена 1913 года. Петербуржцы снова заговорят по-французски, откроются роскошные магазины на невском, на большой морской снова появятся банки. Эта утопия стала политическим оружием в руках будущего мэра санкт-петербурга анатолия собчака. Именно под этими лозунгами он победил в своей выборной кампании 1991 года.

В начале 90-х годов петербургское краеведение находилось в глубоком кризисе. Казалось, что мечта о реставрации сбылась: ленинград снова стал петербургом, малая морская улица вернула себе прежнее имя. Реставрация торжествовала. Однако формальное

возвращение к старым именам не принесло счастья. Провалилась и идея свободной экономической зоны. Все менее популярен становился первый мэр города анатолий собчак. Музеи пустовали, книги об истории города не выходили. Казалось, что город возвращается в xviii век. Но с середины 90-х годов ситуация снова начала меняться. Не в последнюю очередь благодаря усилиям группы историков города, объединившихся вокруг двух общественных организаций -- фонда спасения (его возглавляет александр марголис) и балтийского фонда (директор александр кобак). Вышло три сборника исторических статей о петербурге "невский архив". Было издано несколько капитальных справочников, и, наконец, к 1995 году краеведческая литература снова стала пользоваться повышенным спросом. Как раз к этому времени в петербурге появляется первая в стране премия за литературу, посвященную local history. Это направление исторической науки необычайно популярно на западе, где вообще в последние десятилетия над политической и экономической историей преобладает история социальная, описывающая бытование малых групп, обычаи, нравы. Первое вручение анциферовской премии было в 1996 году. 26 мая 1998 года состоялось второе присуждение анциферовской премии. В жюри по присуждению премии входит 12 человек, среди которых академики дмитрий лихачев и владимир топоров, министр культуры наталья дементьева, руководитель научных программ "мемориала" арсений рогинский. Премия вручалась в четырех номинациях. Она представляет собой специально отчеканенную медаль с изображением николая анциферова и чек на две тысячи долларов. В этом году премиальный фонд составили не гранты западных благотворителей, а деньги, пожертвованные русскими деловыми людьми. В номинации "за лучшую научную работу, посвященную петербургу", победил доктор исторических наук юрий бессмертных, написавший книгу "петербург при анне иоанновне", где собраны и тщательнейшим образом откомментированы не вводившиеся до сих пор в научный оборот воспоминания иностранцев о петербурге 1730--1740-х годов. Вторая номинация -- "за лучшую научно-популярную работу" -- принесла победу московскому историку архитектуры юрию овсянникову за монографию о петербургских зодчих xviii столетия. В разделе "лучшая иностранная монография" соревновались книги сюзанны масси и джорджа кросса. Первая о истории павловска (наиболее интересная часть посвящена восстановлению ансамбля после войны), вторая -- про английскую колонию в петербурге екатерининского времени. Голоса разделились, но в конце концов победил англичанин кросс. Наиболее почетной является номинация "за общий вклад в петербургское краеведение". Премия была разделена между николаем шмидт-фогелевичем и борисом кириковым. Шмидт-фогелевич -- знаменитый собиратель открыток. В его собрании около 10 тысяч изображений дореволюционного петербурга и послереволюционного ленинграда. Коллекция эта, хранящаяся в маленькой комнате коммунальной квартиры, давно известна всем исследователям города, популяризаторам и теле- и кинорежиссерам. Она описана, издан полный каталог коллекции. Шмидт-фогелевич -- представитель огромной плеяды краеведов-любителей. Борис кириков, напротив, -- один из крупнейших исследователей архитектуры города. Ему принадлежит бессчетное количество статей об архитекторах петербурга начала хх века. Именно он ввел в исследовательскую литературу ныне известные всем имена лялевича, перетятковича, шауба. Но писал он и о периферийных явлениях -- о техниках-строителях, никому не известных подрядчиках, которые образовывали фоновую застройку города. Вершиной творчества кирикова является капитальный справочник, в котором приведены авторы и даты постройки всех петербургских домов xix -- начала хх века. Вручение анциферовской премии за 1998 год совпало и со все возрастающим интересом к краеведению в петербурге и к новой политической роли самой петербургской легенды. Петербургский регионализм, который, казалось бы, уже умер, проявляет тенденции к возрождению. Основана петербургская региональная партия, ее возглавляют несколько популярных в городе молодых политиков и журналистов. Близятся выборы в городское законодательное собрание, в городскую думу, не за горами выборы нового губернатора. Петербургский регионализм послужит еще и науке и политике.