Память ирина ф дорова. довлатов разбивал себе лицо в кровь- рекламное агентство "MY-PITER"

Память ирина ф дорова. Довлатов разбивал себе лицо в кровь потому и стал настоящим писателем наша справка: сергей довлатов родился в эвакуации 3 сентября 1941 года в г.Уфе, умер в эмиграции 24 августа 1990 года в нью-йорке. Валерий попов - автор произведений: "чернильный ангел", "очаровательное захолустье", "запомните нас такими", "третье дыхание", "жизнь удалась" и др., Лауреат премий: им. Сергея довлатова, "золотой остап", "северная пальмира", им. Белкина. 14 лет назад знаменитый в своё время писатель умер в нью-йорке. Не выдержало сердце. "Мотор-то у меня хороший, только тормозов нет", - говаривал довлатов. Наш корреспондент беседует с другом и коллегой сергея донатовича, председателем союза писателей санкт-петербурга валерием поповым. - Как состоялось ваше знакомство? - неподалеку от площади искусств был знаменитый ресторан "восточный", удивительной дешевизны и красоты. Там встречались знаменитости: писатель симонов, актер стржельчик, художник шемякин, поэт бродский и многие другие. Молодежь чувствовала себя свободно, официанты давали в долг, любили нас. В начале 60-х здесь, в ленинграде, была потрясающая богемная среда. Я и довлатов, конечно, встречали друг друга. Постепенно сближались. Говорили все чаще и больше, чувствовали себя причастными к высшему свету, к литературе. Мы застали потрясающую волю веселого нигилизма, иронии по отношению к советской власти. Это было самое лучшее горючее для самосовершенствования. Вся петербургская элита совершенно свободно расцветала. Какие-то были неприятности, но ощущение общей гениальности, взаимной любви поддерживалось. Думаю, что оттуда и пошла сила довлатова. - Вы подружились? - мы общались, так сказать, по касательной. Жить в его темпе было невозможно, потому что довлатов жил на износ. Это казалось его страшным проигрышем. Он молодой, красивый, и как всё нелепо - что ни шаг, то ошибка. То вылетел из университета, то в армию, то в "заповедник". Как потом оказалось, все эти глупости были гениальными находками, в частности его прыжок в пушкинские горы. Прыжок в америку его погубил, надломил. Но тем не менее из этого родились великие вещи, из неудач - удачи. - Где он брал темы для своих рассказов? довлатов ловил слова и все время выстраивал ситуации. Однажды мы пришли к нему на улицу рубинштейна, и через некоторое время появилась его мама. "Вот, - говорит, - познакомься, мама, это валерий попов". Она говорит: "хорошо, что попов, но плохо, что с бутылкой". Сергей отвечает: "нет, это моя бутылка". А мама сразу: "если не знаете чья, то моя", - и унесла ее. Вот такие сюжеты он, как кристаллы, выращивал каждый день. Без нелепого анекдота день был потерян. Также для писателя важно найти свою географию. Кто в дебрях уссурийского края, кто в псковском заповеднике. Найти зону не обязательно тюремную. Вот в чем гениальность довлатова - он нашел несколько зон, которые разработал полностью, то есть он как помещик, как хозяин был в этих зонах. - Вы были знакомы с первой женой довлатова, асей пекуровской? - я узнал ее раньше сергея. В это время он был в армии, а ася блистала, она была такой светской дамой, и я испытывал к ней очень сложные чувства. Если ты с асей вышел в свет, значит, ты элитарен. При этом асю, на мой взгляд, полюбить как женщину было трудно. Она такая красивая, холодная, расчетливая, не нежная. Очень шутливый, но рациональный человек. Довлатов пришел из армии, и начались переживания. Будучи замужем за сергеем, ася говорила: "ну а я ухожу на свидание". Сергей выбегает за ней, она садится в машину к известному адвокату. Довлатов подходит, поднимает машину за задние колеса, а потом в сердцах бросает. Он мучился. Но как-то умело, эффектно. Переживал как бы искренне, а потом все ложилось в канву его рассказов. Про асю он написал замечательную повесть "филиал". - Что, по-вашему, сделало довлатова писателем? - я написал в одной статье: кровь - единственные чернила; если человек не кровью собирается писать, а чем-то полегче, то он не будет писателем. Довлатов разбивал себе лицо в кровь, поэтому и стал настоящим писателем. Его замечательные рассказы и повести, казавшиеся мне поначалу неслепившимися, фельетонного типа, стали выходить сначала нелегально, потом издаваться и переиздаваться. Жить враздрызг - это было лучшим способом прославиться. Он создал образ петербургского увальня, не приспособленного такого, пьющего, неудачливого. Все удары лицом об стол, которые с ним случались, происходили на наших глазах, он имел репутацию неудачника, нелепого, нескладного человека. Все это потом было превращено в словесное золото. Вспоминаешь его походы по невскому в компании каких-то грязноватых, нетрезвых типов, а потом думаешь: господи, да это вот этот герой, это же вот этот гений. Потому так и был популярен. Из сорока человек, занимавшихся тогда прозой, он один так вырвался вперед. Был решительнее, отчаяннее, смелее, потому что интуитивно чувствовал, как надо! америка как антарктида: чтобы туда уехать, нужно было быть отчаянным человеком. - Когда сергей довлатов уехал из страны, вы с ним общались? - из нью-йорка приходили от него письма. Оказалось, мы читали друг друга, обменивались впечатлениями. Я должен был приехать в нью-йорк и провести вечер в русском центре. В коктебеле за месяц до этого я вышел как-то на пляж, и сторож мне сказал, что довлатов умер. Когда приехал в америку, пошел по следам сергея, мне рассказывали о нем. Он расписал подробно, предчувствуя смерть, кому позвонить, перед кем повиниться, кого запутать, кого обмануть, то есть он был потрясающим продюсером своего несчастья. На брайтон-бич с него не брали денег. Его все знали. Он умер на вершине славы! - он бы вернулся сейчас в россию, если бы был жив, как вы думаете? - я думаю, что да. Недавно в америке на русском конгрессе друг довлатова а. Генис сказал: "ну что мы здесь делаем? здесь делать нечего. Вся раздача слонов и призов в москве". //Источник информации: парламентская газета //дата источника: 24.08.2004