Юлия кантор.

Рубрика "петербургский портрет" ни в коей мере не является стремлением противопоставить петербург другим российским городам - столице и периферии. Она - лишь попытка описать, вычленить явление, именуемое "петербургским мифом". О нем и пойдет речь в тематических очерках и интервью новой рубрики. Ее героями станут самые разные люди: прожившие на невских берегах всю жизнь и приехавшие сюда относительно недавно, "сделавшие себя" здесь и внешне не добившиеся успеха. Героями будут те, кто неравнодушен к петербургу и ощущает его влияние на себе, кто чувствует себя частью городского ландшафта. Первое слово мы предоставляем академику, лауреату государственной премии александру панченко.

- Что вы думаете, александр михайлович, о понятии "душа петербурга", введенном в свое время выдающимся историком культуры николаем анциферовым? оно теперь уже архаизм?

- я думаю, что "душа петербурга" - явление совершенно неосязаемое. Мы не можем жить без двух столиц, между ними пространство для души. Вы спросите: где душа и в чем она держится? думаю, в том, что петербург был и остается городом мифологическим.

В том смысле, что правда и вымысел здесь сопряжены настолько, что грань не возьмется "нащупать", пожалуй, никто...

Причем характерно, что о "душе петербурга" и петербургском мифе писали многие, но прежде всего - непетербуржцы. Они приезжали со стороны и смотрели на нас, на наше существование. И описывали его. Гоголь, достоевский - классики темы двойничества. А петербуржцы - пушкин и блок - писали о реальном петербурге.

- У пушкина в основном этот петербург блистательный и парадный, у блока - более бытовой, но не лишенный изящной красоты: "ночь.

Улица. Фонарь. Аптека"...

- Эта аптека, кстати, исчезла лишь несколько лет назад.

А город и другие достопримечательности, названные еще пушкиным, продолжают существовать. Мы живем в реальном городе. И именно эта реальность, не ставшая прошлым, и порождает миф. Конечно, петербург - это "особь статья" для россии. Представьте себе, в одночасье построить город! столицу! это ведь редчайшее явление, тем более для нашей страны с ее менталитетом. По мановению руки петра великого рождается в течение нескольких лет нечто каменное, огромное и страшно непривычное. Народному сознанию это было не осилить, рациональному объяснению появление санкт-петербурга не поддавалось. Отсюда и первый миф, связанный с его рождением.

- Вы имеете в виду легенду о том, что "питер строился на костях"?

- конечно. Причем этот миф оказался весьма стойким. Даже солженицын уже в xx веке в своих "крохотках" писал, что ходит-де по питеру и думает: "на костях город стоит, на костях".

- Об этом же писал и некрасов, который не мог не знать, что никаких костей под петербургом нет...

- Действительно, некрасов, живший в петербурге, отлично знал, что "петербургские кости" - легенда. Российскому сознанию, сознанию общинному, деревенскому (в самом хорошем смысле этого слова), непонятен был питер. Именно потому деревня изначально была мстительно настроена по отношению к новому городу. Подтверждение тому - так называемые "дразнилки". Вот лишь одна из них: "питер меня вытер, а я ему отомстил - в лаптях по невскому походил".

Представляете, в лаптях по невскому! это же вызов. Русские города традиционно строились постепенно, разрастаясь медленно, произрастая из деревень и сел. Петербург едва ли не единственное исключение.

- Иными словами, здесь, а не в приглашении европейских архитекторов следует искать корни еще одного мифа: "питер - самый нерусский из русских городов"?

- естественно! происхождение этой расхожей истины как раз отсюда. Город потрясал воображение, будил фантазию. И мгновенность его рождения не дала русскому менталитету адаптироваться, привыкнуть к новому явлению. И, с другой стороны, этот город нельзя было не уважать. Ибо он величествен. Петербург смог остаться самим собой, несмотря на революцию, высылку дворянства, блокаду, "ленинградское дело"... Вы знаете, что его спасло?

то, что в советское время, спасибо ленину, питер был освобожден от бремени столичности. Иначе ему бы несдобровать. Российская беда - чиновники, - порожденная петром i, "процветавшая" до 17-го года и многократно усилившаяся при советской власти, могла бы похоронить петербург в xx веке. А теперь чиновники сидят в москве. Понаблюдайте, у нас можно стать художником, профессором, но человек, желающий сделать чиновничью карьеру, обязательно уезжает в москву. Кстати, как ни крути, москва создавалась, что очень характерно для россии, как нормальная большая деревня. И это очень хорошо! здесь нет искусственности, москва органична. И жаль, что теперь эта аура в ней пропадает...

Город учит говорить: "не знаю". И побуждает к узнаванию. Этим надо проникнуться.

- Выходит, горожанин - это профессия? а петербуржец - специальность в рамках этой профессии?

- ни да, ни нет. Вовсе не стоит думать, что нужно родиться на невских берегах, чтобы стать петербуржцем. Можно родиться здесь и прожить "неучем" - человеком, "не ощущающим" петербурга.

А можно, пробыв здесь несколько лет, "почувствовать" этот город. Выходит, петербуржец - это скорее призвание, которое должно и воспитываться. Разумеется, я имею в виду не формальное образование, а живой интерес. Ведь петербургскую культуру приезжие создавали едва ли не в большей степени, чем коренные питерцы. За что им спасибо. Кстати, очень жаль, что петербургом как явлением современности практически никто не занимается.

А ведь это огромный социокультурный и психологический пласт.

Здесь живут интересные люди, совсем разные, дополняющие друг друга, создающие городскую атмосферу. Атмосферу петербурга рубежа столетий, даже тысячелетий. Вот в них бы покопаться!

если это вам удастся - будет замечательно. Причем ни о каком "питерском снобизме" речи нет - город существует как составляющая российской жизни. Вот и попробуйте понять - какая составляющая.

- Вы заговорили о том, что петербург мог бы "задохнуться" от чиновничьего нашествия. Но чиновничество его, как вы же и сказали, органическая черта. Если хотите - родовая травма.

А маленькие чиновники - и вовсе явление питерское. Акакий акакиевич, макар девушкин...

- Да, упомянутые вами персонажи действительно были явлением.

Но, заметьте, писатели вспоминают лишь о тех, кого можно и нужно пожалеть, условно говоря, об "униженных и оскорбленных".

Город дисциплинировал людей, деля их "по ранжиру". И эта дисциплина в чем-то сковывала свободу. Петербург - город замечательных слушателей, именно потому приезжие зачастую чувствовали себя здесь более комфортно, нежели коренные жители. Я думаю, что это сохраняется и теперь. Вы идете по набережным, видите эрмитаж, пушкинский дом, здание 12 коллегий, весь васильевский остров (мое любимое место, где жили три поколения моих предков) - и с вами что-то происходит. И с любым.

- С любым?

- да! нет! вы правы, действительно, наверное, не с любым.

А с тем, кто готов к восприятию города. Духовно и душевно.

Эта готовность и способность может быть генетической, а может быть привнесенной. Ибо петербург - город личностей.

- Выходит, "душа петербурга" - явление не устаревшее?

- думаю, да, этот город делает с людьми нечто хорошее.

Иногда дурное, иногда давящее, но в целом - хорошее. Вы знаете, почему зло невечно? (в петербурге-ленинграде было очень много зла, разрухи, жестокости, противоречий двойничества, но эта накипь куда-то уходила.) Дело в том, что зло и злодеи начинают драться друг с другом, пожирать самих себя. А порядочные люди перешагивают из столетия в столетие. Им есть где сохраняться и что сохранять...

Санкт-петербург.